Офтальмологическая клиника СПЕКТР

Москва. метро ЦСКА, Проезд березовой рощи, 12. 

8 (495) 123-31-12 - круглосуточный
8 (800) 707-97-12 - бесплатный звонок по России

«Клиника оптимизма» в спектре московских садов и парков.

«Клиника оптимизма» в спектре московских садов и парков.

Очередная встреча с профессором А.А.Кожуховым получилась необычной. Из-за огромной занятости Арсения Александровича и напряжённого ритма его работы в клинике, как правило, наше общение проходит вне стен лечебного учреждения, в свободное время профессора.

Но в этот раз всё прошло по-другому. Мне необходимо было пройти обследование органа зрения. Арсений Александрович любезно пригласил в «СПЕКТР». В советское время во многих газетах и журналах существовала популярная рубрика: Журналист меняет профессию… В данном случае, довелось сменить не профессию, а «угол зрения»: из репортёра превратиться в пациента.

Какими впечатлениями хотелось бы поделиться? Пациентам «СПЕКТРА» можно только позавидовать! Эта клиника не только предоставляет высококачественные медицинские услуги, включающие в себя последние достижения офтальмологии, но и способна наполнить пациента оптимистичным настроением, вселить в него уверенность в успех лечения. Проверено на себе! «СПЕКТР» можно по праву назвать «Клиникой оптимизма».

Нельзя не отметить прекрасное, гармоничное расположение лечебного учреждения: на Северо-Западе столицы, среди множества садов, парков. И даже название улицы подходящее, доброе, умиротворяющее: проезд Берёзовой рощи. Сразу же хочется оказаться и в роще, и в клинике! Как много оттенков зелёного, белого, серого, коричневого в лесу или в парке! Хорошее зрение, необходимое для того, чтобы видеть мир во всех его красках и деталях, и дарят нам кудесники-офтальмологи.

Ожидая врачебного визита, не мог не обратить внимания, что многие люди, которых здесь встречаешь, являются постоянными пациентами. Это видно, в том числе и потому, как доктора и пациенты приветствуют друг друга. Происходят тёплые, душевные встречи старых, добрых знакомых. Такой позитивный настрой – залог успешного лечения, достижения наилучшего результата.

Кстати, многие доктора «СПЕКТРА» не ждут пока пациенты войдут в кабинет, а встречают их уже в коридоре… Ещё одна особенность клиники – интересная фотовыставка, которая развёрнута в этих стенах.

Для журналиста, пишущего об офтальмологии, посещение клиники – повод о многом задуматься… Находясь в этих стенах, общаясь с сотрудниками – докторами, медсёстрами, администраторами – в полной мере осознаёшь, что «СПЕКТР» - это продолжение дела С.Н.Фёдорова, продолжение МНТК в новых формах, в других экономических условиях, в другую эпоху, которую не застал Святослав Николаевич.

Арсений Александрович – племянник и ученик великого офтальмолога, близкий ему человек, учившийся у академика не только профессиональному мастерству, но и отношению к жизни, к пациентам, к профессии. Второй основатель «СПЕКТРА», Олег Владимирович Унгурьянов – тоже выходец школы Федорова, из МНТК, из Хабаровского филиала. Для него также важно продолжать дело Святослава Николаевича, активно внедрять последние достижения научно-технического прогресса. 

И А.А.Кожухов, и О.В.Унгурьянов – не только виртуозные офтальмохирурги, но и успешные учёные-исследователи, специализирующиеся на самых тяжёлых глазных патологиях. Их знания, навыки и опыт, полученные в течение нескольких десятилетий, идут на пользу всем пациентам. Находясь здесь, понимаешь, что сотрудники «СПЕКТРА» с удовольствием ходят на работу, а пациенты – без сомнений доверяют докторам и медсёстрам своё здоровье.

 

Для меня этот визит стал и поводом по-новому осмыслить собственную журналистскую работу, в том числе и наши интервью с Арсением Александровичем. Конечно, журналист – не врач. Но огромное число людей принимают важные решения, касающиеся здоровья, именно на основе наших публикаций. Поэтому после посещения «СПЕКТРА» - а клиника работает как швейцарские часы! – осознаёшь свою меру ответственности. В медицинской журналистике необходимо обдумывать каждое слово, «шлифовать» каждую строчку.

 

Именно после посещения «СПЕКТРА» я в полной мере осознал, что наши беседы с Арсением Александровичем – это не просто яркая, увлекательная, захватывающая «энциклопедия офтальмологии», но и – в значительной мере! – продолжение и развитие общественной, научно-популяризаторской работы, которую вёл академик С.Н.Фёдоров. Он ведь был не только великим врачом и учёным, но и членом редакционной коллегии самого массового в СССР журнала «Огонёк». Он часто выступал в телевизионной программе «Взгляд».

Святослав Николаевич обращался к самому широкому кругу читателей, зрителей… И всем его слово было интересно! Это тот образец, к которому хотелось бы стремиться.

 

***

- Арсений Александрович, сердечно благодарю Вас за возможность приехать в Вашу клинику не только в качестве журналиста, но и пациента!

- Я рад, что Вам у нас понравилось!

 

- Мне очень понравилось! И одновременно возникло много вопросов, которые не могу Вам не задать… Всё-таки пациенту, приходящему на лечение, бывает трудно понять, как функционирует клиника, какое оборудование используется, как организована работа врачей и медсестёр. Не могли бы Вы в начале нашей беседы рассказать о работе диагностического зала, в котором мне тоже довелось пройти обследование?

- У нас в клинике имеются четыре диагностических кабинета, четыре диагностические линии. Вы побывали в одном из них. Объём диагностических исследований индивидуально определяется для каждого пациента.

Вероятно, Вы обратили внимание, что в диагностическом зале одновременно проходит несколько обследований. Там находится сразу несколько пациентов, несколько докторов и медсестёр.

 

- Это сделано для того, чтобы оборудование не простаивало, а пациентам не нужно было долго ожидать своей очереди?

- Вы назвали одну из причин такой организации медицинской помощи. Мы стремимся уделить каждому пациенту максимальное количество времени. Организуем работу таким образом, чтобы каждый человек мог пройти все обследования, по возможности, быстро, без томительных ожиданий.

 

- Это соответствует стремительному ритму нашей жизни!

- В работе врачей и медсестёр также хотелось бы избежать ненужных простоев. И это нам удалось! Если результаты обследований выявляют какие-то «нестандартные случаи», то можно практически сразу же организовать врачебный консилиум. В том же диагностическом зале, где и проходят обследования.

У нас все врачи – очень опытные. Но порой необходимо, чтобы своё мнение о дальнейшей тактике лечения высказали сразу несколько докторов. Так у нас и происходит! Разумеется, я тоже присоединяюсь к консилиуму, если в этом есть необходимость.

 

- Я обратил внимание, что когда пациент клиники «СПЕКТР» приходит на приём к хирургу, то он уже прошёл все обследования.

- Так я и работаю, как и все другие наши хирурги. Внимательно изучаю результаты обследований. После этого ещё раз провожу осмотр каждого глаза и концентрируюсь на беседе с пациентом. Если есть необходимость в проведении операции, то разъясняю ему суть и смысл хирургического вмешательства. И, разумеется, даю прогноз результатов операции. Какую остроту зрению мы планируем получить?

На мой взгляд, точность прогноза – важная составляющая работы хирурга. Пациент имеет право заранее знать, на что он может рассчитывать после операции. Если точный прогноз невозможен по объективным причинам, то я объясняю человеку, с чем связана эта ситуация и почему проведение хирургического вмешательства всё-таки необходимо.

В «СПЕКТРЕ» благодаря современной аппаратуре и квалификации персонала мы можем проводить диагностические обследования на самом высоком уровне.
 

- Не могли бы Вы пояснить, какие обследования проводились в моём случае?

- Мы осуществили проверку остроты зрения, объективной и субъективной рефракции, то есть оптической силы глаза. Для объективной проверки использовался авторефрактометр. Этот прибор измеряет оптическую силу в диоптриях.

При субъективной проверке фиксируются ответы пациента на появляющиеся на экране зрительные знаки (буквы и цифры). Пациенту предлагается смотреть на них через стекла различной оптической силы с помощью специального прибора - фороптера.

Также Вы познакомились с пневмотонометром, которым Вам проверили внутриглазное давление. У нас есть и еще несколько других приборов для измерения глазного давления.

Для Вашего обследования использовался оптический биометр-кератотопограф. Этот прибор определяет длину глаза и оптическую силу роговицы. Это необходимо для расчета оптической силы хрусталика для операции факоэмульсификация катаракты. Кроме оптического биометра, у нас имеется также очень точный ультразвуковой биометр.

Не могу не рассказать об оптическом когерентном томографе. В Вашем случае проведение данного обследования было нецелесообразным т.к. у Вас нет проблем с сетчаткой…
 

- Оптический когерентный томограф необходим именно пациентам, у которых диагностирована патология сетчатки?

- У этого прибора широкий спектр применения. Он действительно активно используется при диагностике и контроле хода лечения заболеваний сетчатки.

Мы можем определить наличие отслойки сетчатки. Можем оценить состояние зрительного нерва при глаукоме. Оптический когерентный томограф очень полезен при диагностике глаукомы на начальных стадиях.

Он также помогает нам оценить состояние роговицы и её толщину. Это имеет принципиальное значение для проведения рефракционных операций особенно в случае проведения повторных операций для докоррекции. Оптических когерентных томографов у нас два. Один из них совмещен еще и со вторым кератотопографом, второй - с фундус камерой Miranta, которая позволяет делать снимки глазного дна просто фантастического качества.

Оптический когерентный томограф

Ещё один важный прибор, с которым Вы познакомились как пациент – эндотелиальный микроскоп. Он определяет количество эндотелиальных клеток роговицы. Это важный показатель при проведении факоэмульсификации катаракты. Обычно у здорового человека имеется не менее двух тысяч таких клеток. Если их менее полутора тысяч, то это тревожная ситуация. Если меньше одной тысячи, то факоэмульсификация катаракты может привести к отёку и дистрофии роговицы. Необходимо принимать особые меры предосторожности.

Если у пациента менее пятисот клеток эндотелия роговицы, то диагностируется дистрофия роговицы. В этом случае после факоэмульсификации, а иногда даже без нее почти гарантирована дистрофия и помутнение роговицы. В связи с этим пациенту требуется пересадка донорской роговицы. Она она хорошо приживается.

Ещё у нас есть компьютерный периметр, который определяет поля зрения. Это важно, в том числе, при диагностике глаукомы, атрофии зрительного нерва и еще некоторых заболеваний.

 

- Арсений Александрович, в течение одной беседы мы, к сожалению, не сможем представить все технические новинки, которые имеются в «СПЕКТРЕ». Но надеюсь, что к этой теме мы сможем вернуться в одной из следующих бесед… Тёплое время года особенно располагает к путешествиям. В настоящее время из-за объективных обстоятельств поездки россиян за рубеж сократились, зато наши соотечественники стали больше путешествовать по родной стране. Вы тоже недавно вернулись из краткосрочного отпуска. Что удалось в этот раз посмотреть?

- Мы с семьёй побывали в Санкт-Петербурге и Карелии. С недавнего времени из Москвы можно на специальном туристическом поезде доехать до Горного парка Рускеала. Сначала поезд идёт до города Сортавала. Потом туристы пересаживаются в специальный ретро-поезд. Он прицеплен к настоящему паровозу 1954 года выпуска!

На паровой тяге мы добрались до Горного парка Рускеала. Раньше там добывали мрамор. А теперь можно гулять и кататься на лодках среди величественных скал и горного лесного массива. Потом пять дней мы были в Санкт-Петербурге.

Кожухов Арсений

Удалось посмотреть очень много. Были в Эрмитаже, в Петропавловской крепости. Каждый день, ровно в двенадцать часов дня, там производится пушечный выстрел. Мы тоже стали свидетелями этой церемонии.

Побывали мы и в Петербургском музее рекордов с забавным названием «Титикака». Так называется самое крупное в мире высокогорное озеро, расположенное в Южной Америке. В этом музее проходила выставка «Левша», посвящённая микроминиатюре. Например, был представлен целый караван верблюдов в угольном ушке. Удивительные произведения искусства. На гране фантастики!

Кожухов АА 

- Вы ведь тоже работаете с микроскопом!

- Я ощутил общность с художниками-миниатюристами, хотя раньше об этом не задумывался… Ещё мы были в Исаакиевском соборе, в Казанском соборе, в храме Спаса-на-Крови, на крейсере «Аврора», в «Океанариуме», в музее Артиллерии. В Мариинском театре посмотрели «Лебединое озеро», а в другой вечер посетили Концертный зал Мариинского театра. Мега-программа за пять дней!

 

- Посещение Санкт-Петербурга и Карелии стала не единственной Вашей поездкой последнего времени. Как прошла командировка в Армению?

- 22-23 мая в Ереване проходил Съезд общества офтальмологов Армении. Кроме меня, по приглашению организаторов в нём приняли участие ещё три представителя «СПЕКТРА»: О.В.Унгурьянов, Т.Л.Фадейкина и А.С.Геворкян. Я выступил с докладом о методах фиксации интраокулярных линз. В том числе был представлен мой авторский метод «склерокорнеальная фиксация ИОЛ по Кожухову».

Кожухов Арсений Армения 

- Какие впечатления остались у Вас от пребывания в Армении?

- Самые положительные! Это касалось и встреч с коллегами, и общения с местными жителями. Мы погуляли по Еревану, посетили озеро Севан.

 

- Арсений Александрович, хотелось бы задать Вам вопрос, который интересует многих наших читателей с инвалидностью по зрению. Может ли обследование у врача-офтальмолога показать, передадутся ли по наследству офтальмологические патологии, имеющиеся у родителей? Этот вопрос очень важен при планировании деторождения.

- Тема, которую Вы затронули, актуальна не только для инвалидов по зрению, но практически для всех людей с какими-либо глазными заболеваниями. Впрочем, не только глазными… Будущим родителям важно знать, какое здоровье будет у их детей.

Регулярно обследоваться у врача-офтальмолога, разумеется, необходимо. Мы с Вами неоднократно упоминали в наших беседах, что даже если нет никаких жалоб, то один раз в год глазного врача надо посещать. Но само по себе обследование у окулиста не даст информации о том, какова вероятность наследования различных патологий. Необходимо с результатами обследований обращаться в врачу-генетику.
  

- Врач-генетик может определить с высокой или очень высокой долей вероятности, что какое-то заболевание может передаться по наследству?

- Конечно. Поэтому важно, чтобы решение о деторождении было осознанным, чтобы будущие родители внимательно следили за своим здоровьем.

С другой стороны, отношение к подобной генетической информации – личное решение конкретной пары. Здесь никто не вправе давать советов! Мы знаем немало примеров, когда мужчина и женщина решаются на продолжение рода, несмотря на неблагоприятные врачебные прогнозы. Это их выбор, к которому нужно относиться с уважением.

 

- Хотелось бы начать с Вами разговор о катарактальной хирургии. Думается, такая обширная и многосторонняя тема достойна нескольких бесед… На сегодняшний день факоэмульсификация катаракты – не только самое востребованное хирургическое вмешательство в офтальмохирургии, но и, вообще, самая распространённая операция в медицинской практике. Признаться, меня очень заинтересовал и удивил тот факт, что необходимость удаления катаракты осознавали ещё доктора глубокой древности.

- На самом деле до нас дошли письменные источники, свидетельствующие о том, что ещё в Древней Индии и Древнем Египте лекари более или менее успешно пытались удалять катаракту.

 

- Как же это происходило в те времена?

Это была операция, которая называется реклинация. С помощью иглы доктор осуществлял прокол и по сути «топил» хрусталик на глазное дно.

реклинация 

- Т.е. помутневший хрусталик не извлекался, как это происходит сегодня и как это происходило уже сто лет назад?

Нет. В древности таких технологий ещё не знали.

  

- А не опасно ли было оставлять хрусталик на глазном дне?

- Конечно же, это было опасно! Могли возникнуть очень серьезные осложнения. Чаще всего возникало мощнейшее воспаление внутри глаза, называемое эндофтальмит. В те далекие времена такое осложнение как правило приводило к потере глаза как органа, так как еще не существовало эффективного лечения. Была опасность «блокирования» пути оттока внутриглазной жидкости, что неминуемо приводило к повышению внутриглазного давления и возникновению вторичной глаукомы. Но это знают современные офтальмологи и пациенты!

А в то время такие примитивные – но, по-своему, виртуозные операции! – являлись единственным способам, позволившим многим людям, страдающим катарактой получше видеть.

 

- Всё-таки докторам древности удавалось улучшить зрение своим пациентам?

- В некоторых случаях это действительно удавалось.

 

- Но ведь в то время ещё не существовало искусственных хрусталиков. Даже очков ещё не было…

- Даже без очков и без искусственного хрусталика человек после удаления катаракты, как правило, видел несколько лучше, чем до операции. Если не возникало осложнений, которые были очень частым и распространённым явлением.

Надо понимать, что перезрелая катаракта означает полную слепоту. А после удаления катаракты древние пациенты уже могли ориентироваться в пространстве, вести, в значительной степени, самостоятельную жизнь.

 

- Как известно, в девятнадцатом и в первой половине двадцатого века, после удаления катаракты пациенты всю жизнь носили очки с тяжёлыми стёклами… А когда началась эпоха имплантации искусственных хрусталиков?

- Впервые искусственный хрусталик был имплантирован британским офтальмологом Гарольдом Ридли в 1949 году. Но это была неуспешная имплантация. И в то время этот метод не получил широкого распространения. Было много осложнений. Они были связаны с тем, что модель хрусталика имела много недостатков.

Искусственная линза оказалась тяжёлой. Она часто смещалась, падала на глазное дно, что могло привести к гибели глаза. 5 июня 1960 года в Чебоксарах, столице Чувашии, Святослав Николаевич Фёдоров, которому тогда было всего 33 года, впервые в Советском Союзе имплантировал искусственный хрусталик собственной модели двенадцатилетней девочке Елене Петровой, у которой была врождённая катаракта. И это была первая в мире успешная имплантация искусственного хрусталика глаза.

С.Н.Фёдоров изобрёл свою модель искусственного хрусталика, которая была лишена недостатков, присущих хрусталикам Ридли. Не секрет, что великое изобретение Фёдорова было неоднозначно встречено офтальмологическим сообществом… Так часто случается в истории науки. Всё новое трудно пробивает себе дорогу!

 

- Наверное, значение деятельности Святослава Николаевича состоит не только в изобретении нового типа искусственного хрусталика, но и в том, что именно ему удалось внедрить эту методику, сделать её массовой.

- Так и было! Уже в семидесятые годы прошлого века, задолго до создания МНТК, экстракция катаракты с имплантацией искусственного хрусталика стала распространённой, фактически рутинной операцией. И это, в основном, заслуга Святослава Николаевича Федорова!

 

- Арсений Александрович, если Вы не возражаете, давайте продолжим рассказ о катарактальной хирургии во время нашей следующей беседы. А завершить сегодняшний разговор мне бы хотелось примечательным фактом из жизни академика С.Н.Фёдорова. Первой советской пациентке, которой был имплантирован искусственный хрусталик, Елене Петровой, прооперировали оба глаза… Девочка была так благодарна доктору, что когда она выросла, повзрослела и вышла замуж, то своего первенца назвала «Святославом». Но это ещё не всё! К сожалению, у мальчика тоже была обнаружена врождённая катаракта. И вновь Святослав Николаевич пришёл на помощь, подарив способность видеть своему тёзке, маленькому Святославу.

 

Беседу вёл Илья Бруштейн

 

 

 

 

 



Назад в «Печатные и видеоматериалы»
Поделиться:
© 2022 Кожухов А.А. – Доктор медицинских наук, профессор. Офтальмолог - хирург высшей категории.
Политика конфиденциальности.
Разработка сайта
2wind.ru